twitchy fingers
Мои двери всегда для вас открыты. Выходите ©
Название: I want to change the room, please
Автор: Синхронные коленки Арми Хаммера
Направленность: слэш
Фандом: The Man from U.N.C.L.E (2015)
Персонажи: Илья Курякин (Большевик)/Наполеон Соло (Ковбой), Габи и Уэверли упоминаются.
Рейтинг: R
Жанр: AU, постфильм
Размер: ~1300 слов
Предупреждения: возможен OOC. Авторские попытки понять персонажей. Асфиксия.
Сюжет: Иногда очень сложно сменить номер в отеле. Потому что, даже если твой сосед - очень раздражающий тип, он заодно и очень убедительный. Когда ему это надо, разумеется.
От автора: для добавивших в свою коллекцию извращений фандомов что-то новое Мерлина и Эггзи :3

- Ты храпишь.
- Что?
Они закончили миссию в Испании, и Уэвэрли как-то чересчур добродушно позволил им остаться ещё на пару дней. Улыбнулся рассеяно, пожал плечами, предложил осмотреть достопримечательности.
Илья полагал, тот просто перестраховывался, видел где-то ещё шпионов, Бог знает что, но вслух об этом никому не сообщил. Остальная часть АНКЛ наверняка тоже об этом догадывалась, но с удовольствием ухватилась за возможность немного отдохнуть.
Соло проводил очередное короткое платьице взглядом кота, которого манили в кусты тарелкой сметаны на удочке, а затем перевёл его на ровную поверхность озера возле ресторана, где они устроились. "Вилла де Пьянччи". Он издевался. Он издевался и совершенно этого не скрывал.
- Я сказал, ты храпишь. Возьми себе другой номер, почему нас всё время селят вместе?
- Предпочёл бы проводить ночи с Габи?
- Предпочёл бы, но она не может простить себе предательство, пусть даже и по приказу.
- Точнее, это ты не можешь ей его простить.
Илья поджал губы и тоже уставился на озеро, хотя ничего достойного внимания там не нашёл.
- Зато у вас обид между собой нет, отлично проведёте время.
- Илья... - Соло посмотрел на него со смесью жалости и не высказанного вопроса о его душевном здравии. - Ты что, ревнуешь?
- С чего бы мне?
- Меня, Габи или обоих?
Наполеон, кажется, не на шутку развеселился и теперь смотрел ему в глаза, не желая пропустить ни одного проявления нервного тика.
Илья помассировал переносицу. Единственный глобальный вопрос, который мучил его уже некоторое время: почему каждый, кому посчастливилось узнать о его приступах агрессии, стремился довести его до белого каления? Они думали, его мало тестировали в КГБ? Это казалось им забавным?
Наполеону точно подходил последний вариант, и это бесило ещё больше. Он смотрел на него как на неведому зверушку, аж руки чесались поиграть. А что будет, если я сделаю вот так? А что, если я скажу вот это? Смесь учёного и ребёнка, который не видел границ за своим нездоровым любопытством. Задумывался ли он о них вообще?
- Хорошо, я сам возьму другой номер.
- Я думал, тебе нравились ночи со мной. Одна конкретная - точно.
- Не надо намёков. Мы же договорились считать ту ночь неудачным стечением обстоятельств.
- Это ты так решил, а я сказал: "Считай, как тебе будет удобней".
Илья выгнул брови, как бы спрашивая: и?
- ...а потом я передумал, - добавил Соло, улыбаясь невинно, весь цветущий, как гематома на рёбрах, которую он получил во время последней драки.
Илья посмотрел на него и подумал, что однажды просто свернёт американцу шею. Возможно, ему даже скажут за это спасибо. Все, кроме разведки, конечно. Но с ней он, наверное, смог бы договориться.
- Мне плевать, - честно признался Илья. Его вообще не интересовало, что творилось у Соло в голове. Главное, чтобы он не трепал о случившемся на каждом углу, но это и не в его интересах. - Рад, что мы пришли к чёртову компромиссу...
Уэверли все уши прожужжал про то, что они, друзья такие, значит, закадычные, должны не громить всё в номере и набивать друг другу морду, а искать варианты, при которых каждому будет комфортно. Нет, Илья знал, конечно, что американцы - очень жадный народ, но селить двух мужиков вместе просто потому, что так они экономят на деньгах, выделенных правительством - это как-то низко. Даже слишком.
- ...заберу свои вещи сегодня же.
- Ну и ладно. Я бы точно не съехал: там шикарный вид с балкона.
Илья закатил глаза, бросил несколько купюр на стол и ушёл, резко отодвинув стул и проехавшись неприятным звуком по ушам других посетителей. Но в первую очередь, конечно, Наполеона.

...уже вечером они штурмовали какой-то исследовательский центр, где под прикрытием разрабатывали новое биологическое оружие - вирус C-136. Пробирки, перчатки, маски, полная секретность, все дела.
Со всей щедростью русской души Илья мысленно пожелал Уэверли, чтобы тот однажды подавился красной икрой на корпоративе высоких чинов. Переставляли их, как шашки на игровом поле. Габи даже не задействовали: потребуется, мол, ум и мужская сила. За ум, вероятно, выступал Наполеон, потому что Илья помнил, кто в итоге вёл партию в том туалете при второй встрече. Ну, если это можно было вообще назвать встречей.
Соло утянул его в какой-то тёмный закуток между коридорами, по одному из которых как раз пронеслась толпа негодующих и испуганных учёных. Никому не хотелось, чтобы многолетний труд пропал даром, и ради этого они готовы были пойти на взломщиков голыми руками.
- Ты никогда не задумывался о том, куда они девают то, что мы им отдаём? - вдруг громким философским шёпотом поинтересовался американец у Ильи. - То есть, что бы они сделали, если бы мы отдали им тот диск три года назад? Что они сделают с этим вирусом сейчас? У нас снова будут инструкции: "Убей соседа, только достань очередную хрень"?
Илья не хотел об этом думать. Откровенно говоря, у него даже не получалось об этом думать, потому что к его коже через их водолазки сочилось тепло чужого тела. И воспоминания в голове мгновенно всплывали, такие яркие, чёрт побери, почему именно сейчас?
- У нас другое начальство, - выдохнул в ответ Курякин и быстро выглянул из проёма, проверяя, не бежит ли там следующая партия обиженных и оскорблённых. После чего рванул вперёд, слыша за собой лёгкие шаги, зная, что Наполеон следует тенью, обхватывая пальцами пистолет. - Мы в одной лодке. Или ты всё ещё воспринимаешь меня как врага?
- По-моему, это ты воспринимаешь меня как врага, - издал нечто наподобие фырчания Наполеон. - Подумаешь, храпит человек. Таблетки бы купил, дешевле отдельного номера обойдётся, точно тебе говорю.
- Тебя это так задело? - с трудом удержав широкую ухмылку, спросил Илья. - Извини, пожалуйста, я не знал, что ты такой ранимый. В следующий раз попрошу в пару Габи: вот уж у кого точно яйца есть.
- Ты дальше её бедра не лез, сказки мне рассказывать не надо.
- Ковбой... - передразнил его тон у "Вилла де Пьянччи" Илья. - Ты что, ревнуешь?
Наполеон ответил выстрелом в одного из охранников, неудачно завернувшего в очередное ответвление лабиринта.
- Меня, Габи или обоих?
Надо же, это действительно могло быть весело. Что ж, теперь он знал, что в эту игру можно играть вдвоём.
- А что, если и так, Большевик?
Илья обернулся и внимательно посмотрел на, кажется, ничуть не запыхавшегося Соло. Из головы на мгновение вылетело, что они вообще-то спасались от погони, и у него во внутреннем кармане пиджака покоилась пробирка, которая могла убить весь этот центр. А потом вирус распространился бы дальше, сжирая города и страны.
Перед глазами всплыло лицо Наполеона, чрезвычайно самодовольное, когда тот начал вслух зачитывать ему отрывки из книги, которая очень его смешила. Это ужасно мешало сосредоточиться, а он хотел просто провести вечер в расслабленной обстановке, играя с самим собой в шахматы. Как всегда.
Естественно, ни на какие просьбы и даже угрозы Ковбой не отреагировал, поэтому завязалась драка, и чёрт знает, как всё закончилось именно этим. Илья оседлал его, не давая двигаться, и стиснул пальцами шею, глядя, как розовеет лицо. Теперь уже не так смешно, да, Соло?
Как раз в тот момент, когда Ковбой должен был как минимум потерять сознание, Илья разжал руки, немного озадаченный. Как раз в тот момент - доли секунды, и он отправился бы по стопам отца - он вдруг почувствовал, что Соло возбуждён.
Он мог поклясться матерью, что не знал, как всё это приняло такой оборот. Следующее, что он помнил - резкие, грубые толчки внутрь, дурманяще тугие мышцы и сжатые пальцы на чужой шее в дополнение к тихому шипению:
- Нравится, а, Ковбой? Никогда бы не подумал, что тебя можно оставить безмолвным...
Их обоих страшно вело, кажется, они заснули прямо на полу, не добравшись до душа, и утром у Соло были синяки на шее и бёдрах. Крупные, сочные, как ягоды голубики, они очень нескоро зажили. Сезон бикини объявили закрытым на неделю. До выяснения дальнейших обстоятельств.
Илья очнулся и посмотрел на того Наполеона, который стоял перед ним сейчас.
- Мне плевать.
- Врёшь, - считал его, как спортивное табло, Соло. Схватил за грудки и притянул к себе, целуя. Илья пристрелил ещё парочку преследователей, отвечая с давно забытой им самим страстью, отстранился и задумчиво протянул: - Пожалуй, повременю со сменой номера.

@темы: Я пишу, Love is...